август 2015 г.

Парк Коракуен, Токио

 

Койсикава Коракуэн – старейший и самый красивый японский сад в Токио. И я и другие авторы называют его то "парк", то "сад".  Так как же правильно: парк или сад? 

Парками называют обширные территории, более 10 га. В этом отношении Коракуен в своем нынешнем размере (немногим более 7 га) – конечно, сад. Хотя некогда, в самом начале своей истории размер территории был гораздо больше.  Но кроме размеров площади важным отличием парка от сада является то, что в парке имеются – хоть бы и существенно переделанные, измененные – природные объекты – ручьи, реки, холмы, участки лесов, лугов и прочее. Сад – как ясно из самого корня – кем-то «посажен», то есть в саду все или почти все – рукотворно: и холмы, и ручьи, и заросли. 

Так что Койсикава Коракуен – несомненно, сад, а не парк. Продемонстрировав знание точной терминологии, мы теперь позволим себе вольность, по-прежнему использовать то слово "парк", то слово "сад", погружая себя и читателей в атмосферу беззаботного отдыха, наслаждений и отказа от занудных регламентаций. 

Началось его (парка-сада) строительство при даймё Ёрифуса из Мито, сыном сёгуна Токугава в 1629 году. Чтобы понимать смысл этих титулов и имен надо, однако, хоть чуть-чуть разобраться в японской истории.  

Императоры Японии ведут свое происхождение от богини Солнца – Аматэрасу. Внук богини спустился на землю, женился, а внук внука – Дзимму – стал первым земным императором Японии. По легенде это произошло в VII веке до н.э. С тех времен и до сих пор Японией правят его потомки, образовав императорский клан. 

Императоры, чтобы справляться с управление страной, всегда опирались на какой-нибудь другой клан, присваивая его главе титул сёгуна – полководца, военачальника. Сёгуны образовывали свои кланы и, передавая титул своим сыновьям, продолжали служить императору. По имени верховных сёгунов стали называть эпохи японской истории.  

Сёгун был фактическим правителем всей страны, назначал своим преемником кого-то из сыновей или представителей других ветвей рода. Так, если говорить о клане сёгунов Токугава, возникали разные линии: Токугава-Таясу, Токугава-Овари и т.д. Интересующая нас – в связи с садом Коракуен – линия звалась Токугава-Мито. Клан сёгунов Токугава находился у власти с 1603 по 1867 год, за эти годы его возглавляли 15 поколений. 

Сёгуны управляли регионами через местных феодалов – даймё, строго их контролируя. Первый сёгун Токугава-но Иэясу центром своего пребывания избрал древний город Эдо, расширил его, застроил и привел к процветанию. С падением клана Токугава город Эдо был переименован в город Токио. Падение клана Токугава было не просто сменой кланов, а ликвидацией самого института правления через сёгунов. Император Мэйдзи вернул всю полноту власти императору и сам стал управлять государством. Поэтому вся эта трансформация власти называется «Реставрацией Мэйдзи 1868 года». 

На этом мы минимально необходимый для прогулок по саду экскурс в японскую историю завершаем. 

Итак, сад начал строиться при одиннадцатом сыне первого сёгуна Токугава-но Иэясу. Имя сына – Ёрифуса (Yorifusa), он был местным богатым феодалом – даймё, став основателем линии Токугава-Мито. Сад сооружался в течение 30 лет, так что завершить строительство пришлось уже сыну Ёрифусы – Мицукини (Mitsukuni).

Мицукини был конфуцианцем и поклонником китайского поэта и философа Фань Чжунъяна, чьё высказывание «правитель должен раньше своих подданных принять беды, а наслаждаться жизнью – последним», отразилось в названии сада: Кораку-эн в переводе означает «наслаждайся последним». 

Увлечение китайской философией, культурой и традициями садово-парковой эстетики отразилось и на концепции сада, и во многих отдельных деталях. Более того, фактическим автором сада был китайский ученый Чжу Шуньшуй, сосланный из своей страны. Он спроектировал не только во всех отношениях «китайский» мост «Полной луны» Энгецукё но и многие другие элементы сада, воссоздающие ландшафты Китая. 

Сад Койсикава Коракуэн находится под двойной охраной государства, являясь одновременно Историческим наследием и Особым объектом эстетического наслаждения. Во всей Японии только семь мест удостоены такого двойного титула. 

Первые столетия своего существования парк был доступен только аристократам, простой народ допускался в него по праздникам и в дни полнолуния. Для широкой публики парк был открыт 3 апреля 1938 года. 

-=- 

Несколько слов о том, как добраться до сада общественным транспортом. Лучше всего - воспользоваться метро. При этом важно знать, что стоимость проезда в токийском метро зависит от расстояния между начальной и конечной станцией. Поэтому, чтобы не переплачивать за неоправданные переходы с линии на линию и со станции на станцию, надо знать, что до парка можно дойти от нескольких станций, расположенных на разных линиях. Расстояния от любой из них до входа в парк  сравнимы и не превышают 10-15 минут пешего хода. Вот названия станций в английской транскрипции: Iidobashi, Suidobashi, Korakuen, Kasuga. Пользуясь картой города несложно найти путь от метро до входа.

Так, например, выйдя со станции  Korakuen вы увидите аттракционы и громаду комплекса Токио-Сити. (Станция Kasuga расположена чуть дальше, от нее на эту точку можно выйти минуты за три.)

Если взглянуть направо - на противоположной стороне улицы будут видны деревья парка - к ним и надо направиться.

 

Потом придется обойти сад по трем сторонам, двигаясь вдоль весьма нарядной ограды. Сперва вот этой, по улице Tsuiji-Bei:

Дойдя до конца, надо свернуть налево и пройти по тропе между стеной сада и бейсбольной площадкой. Кстати сказать, там же на углу имеется общедоступный туалет.

Затем надо еще раз повернуть налево и пройти вдоль другой стены парка до самого конца, то есть до углового входа.

 

Вот и вход. Здесь находятся кассы,  в них можно и нужно взять буклет с планом.

 

Сфотографировал я также информацию о часах и днях работы, цене билетов и пр. Как видим, стоимость входного билета - 300 иен (около 2,5 долларов США), для лиц старше 65 лет - 150 иен, детям и школьникам - бесплатно.

 

 

План сада Койсикава Коракуен:


 

На этом плане, позаимствованном мною из англоязычного источника в интернете, рекомендовано два маршрута: длинный, обозначенный красной стрелкой и красными точками, и короткий – обозначенный фиолетовыми стрелками и линией. Оба маршрута начинаются из одного места, обозначенного на карте как Weeping Cherry – Плачущая вишня. На моем снимке это шестидесятилетнее дерево, расположенное в середине снимка со слегка выступающей вверх вершиной,  не производит впечатление "плачущего": не то время года.

А вот на фотографиях, сделанных в период цветения это название оказывается вполне уместным - вот она плачущая цветущая сакура:

Мы пойдем по длинному "красному" маршруту, но сперва побудем на этой площадке, осмотрим Пруд лотосов (Lotus pond) и зеленый холм, носящий имя Шо-Розан (Sho-rozan). Холм повторяет своими очертаниями китайскую гору Лю-Шан.

Прежде чем мы отправимся по маршруту, насладимся общим видом на центральную часть парка, открывающимся с этой точки: увидим мост, а за ним - поверхность Большого пруда, к которому мы еще не раз вернемся в ходе прогулки.

Уходя от этой площадки влево и подойдем к пруду, образованному речкой Оигава (Oigawa).

Река Оигава - известное в Японии название. Эта маленькая речка в парке Коракуен названа в честь реки Ои-Гава (?i River, "быстрая река"), протекающей недалеко от древней столице Японии - Киото, Воспетая и в литературе и в живописи, она стала широко известна по всему миру благодаря работе Хокусаи "Путешественники переходят через Оигаву":

"Та" Оигава бывает и полноводной, и обмелевшей, "наша" же - парковая Оигава - река искусственная и потому всегда наполнена одинаково.

Перейдя на другую сторону по мосту Тогецукё (Togetsukyo) - и это тоже историческое название, связанное со знаменитым мостом в Киото - мы увидим скалу-ширму Бёбу-Ива (Byobu-Iva). Согласно легенде, третий сёгун Токугава  Иэмитсу любил сидеть вон на том на камне возле скалы.

Оглянувшись. мы увидим, что нижнюю часть разлившейся Оигавы пересекает род моста - это дамба Сейко (Seiko Embankment). Название Сейко нам известно благодаря знаменитой часовой фирме, которая трактует это слово как "успех". Хотя в японском языке имеется и другой вариант использования этого слова - как детское имя, и в этом случае смысл слова Сейко будет иным: "искренний ребенок". Весьма вероятна и ассоциация с китайским озером Сейко в провинции Ханьчжоу... Какой из смыслов относится к дамбе и водоёму мне установить пока не удалось...

Прежде чем двинуться дальше, надо оглянуться назад и взглянуть на мост, по которому мы перешли реку, тот самый Тогетсукё или Тогэцукё (Togetsukyo), названный так же, как и его "старший брат" в парке Арасияма в Киото. В переводе это слово означает "Пересекающий луну мост".

Продвигаясь дальше по тропе и ступеням, ведущим сквозь густые заросли куда-то вверх, мы бросим взгляд на ярко красный мост через Оигаву, к которому мы еще обязательно приблизимся. 

 

А пока устремимся к высшей точке подъема.

 

Здесь нас ожидает смотровая площадка, огороженная бамбуковой изгородью.

Это место, на котором когда-то стоял небольшой храм Киёмидзу Каннон-до, занимавшим самую высокую точку сада вплоть до Второй мировой войны. В ходе бомбардировок Токио американцами храм был превращен в руины. Его сооружение  было вдохновлено знаменитым храмом Киёмидзу в Киото, а в нише располагалась статуя богини Каннон. 

Каннон - богиня милосердия. В японскую культуру она пришла из Китая вместе с буддизмом. Она часто изображается многорукой, хотя може являться и в иных воплощениях.

Сейчас на месте разрушенного храма установлена табличка с фотографией того, что было:

 

Ну, а теперь спустимся к одной из главных достопримечательностей парка: мосту Цутен-кё (Tsuten-Kyo).

 

Окрашенный киноварью он давно притягивал наше внимание, сверкая своей краснотой сквозь листву, а теперь мы можем в него всмотреться, потрогать перила, пересечь по нему Оигаву, еще раз бросив взгляд на мост Тогэцукё, оставшийся внизу.

 

Посмотрев с моста в другую сторону, мы увидим исток Оигавы, вытекающей из-под камней в глубине оврага.

 

Продолжим свой путь по тропе, сперва спускающейся вниз, затем вновь поднимающейся вверх, и подойдем к очаровательному домику. Это святилище Токудзин-До (Tokujin-Do) в некоторых путеводителях называемое "храмом Конфуция". Конфуций, однако, к этому домику непосредственного отношения не имеет. 

Уместно  еще раз напомнить, что весь парк Коракуен создавался не просто под большим влиянием китайской традиции садово-паркового искусства, а с использованием прямых ассоциаций с конкретными объектами или персонажами Китая и китайской истории. Так, создатель парка - Мицукуни Токугава - еще в 18-летнем возрасте прочитал притчу о двух китайских братьях Бо И и Шу Ки (Bo Yi and Shu Qi), живших за тысячу лет до новой эры и ставших в исторических хрониках Китая символами силы и миролюбия. В честь этих братьев и возведено святилище Токудзин-До, а деревянные скульптуры братьев находятся внутри храма, однако увидеть их, вероятно, можно  только в ходе специальной экскурсии. В обычные дни домик закрыт и окна затворены ставнями - доступен только наружный осмотр.

 

Вот "общий вид" святилища: 

 

Спускаясь по тропинке вниз мы повстречаем камышовый навес, под которым стоит скамья, покрытая красной тканью. Это укрытие называется Маройя (Maroya) - что означает это слово мне установить пока не удалось. 

 

 

Прямо по курсу нашего маршрута - Большой пруд, к которому мы еще не раз вернемся, обходя со всех сторон.

 

А пока мы сворачиваем налево и пересекаем залив, вернее заболоченное устье впадающей в него небольшой речки по понтонному мосту.

 

Эта маленькая речушка знаменита не сама по себе, а водопадом, который на ней организован. Водопад называется Сираито-но (Shiraito-no-taki), что переводится как "Водопад белых нитей" - так метафорически  описывается стена из падающих струй. Как и многое в парке, этот водопад воспроизводит в уменьшенном виде другой - большой и знаменитый -  водопад Сираито в префектуре Нагано в горном массиве Каруизава.

Поскольку  в период моего посещения парка шел "ремонт реки и водопада", моя фотография не передает ни красоты, ни вообще работоспособности водопада:

 

Поэтому для передачи всей полноты его возможностей, я позаимствовал фотографию из интернета: 

 

Рядом с понтонным мостом отдыхают утки: 

 

В пруду водятся большие карпы, резво откликающиеся на появление человека вблизи воды, ожидая прикорма:

 

Маршрут вывел нас в пространство, в котором есть делянки, где выращивают рис, есть сады фруктовых деревьев, грядки с ирисами и камышом - в общем, это некая небольшая сельскохозяйственная зона. Во время моего посещения здесь трудилось несколько рабочих, обрезающих ветки. 

 

Каналы снабжены регуляторами подачи воды в чеки - участки рисовых полей:

 

 

Рисовые чеки, на которых уже началось колошение риса, защищены оранжевой сеткой от птиц. Каждый год, начиная с 1975 года. учащиеся расположенной неподалеку школы, сажают рис в мае, а в сентябре собирают урожай.

 

Сливово-вишнево-абрикосовый сад:

 

Рабочий за обрезкой веток. Его амуниция вызывает искренний интерес и ассоциации с воинами "ниндзя".

 

Продолжая движение по маршруту, мы выйдем на большую поляну, на которой расположен навес со скамейками и столиками - здесь можно передохнуть. Рядом находится туалет и фонтанчик питьевой воды.

 

Тропа приведет нас к еще одной жемчужине парка: мосту Энгетсу-Кё (Engetsu-Kyo), что переводится как "Мост Полной луны".

 

Мост построен в китайском стиле, его название обусловлено тем, что арка моста и ее отражение в воде образуют окружность - если смотреть с определенной точки.

 

Покидая мост "Полной луны" мы, придерживаясь маршрута, поднимемся на вершину еще одного холма, где некогда был небольшой храм "Hakke-Do". Храм сгорел после землетрясения 1923 года, а прежде в нем была статуя божества - покровителя литературы. В путеводителях про него пишут, как про храм, в котором предсказывают судьбу (Fortune-telling hall).

У холма есть еще одно наименование:  Курган Комати (Komachi-zuka). Вероятно, это название вызвано сакральной связью с литературой, а имя Комати (Ono-no Komachi) - это имя одной из величайших японских поэтесс, жившей и творившей в 9 веке. Она считается одним из шести крупнейших, "бессмертных" мастеров поэтического жанра "вака", ее поэзия относится к непревзойденным образцам любовной лирики.  Комати славится не только как поэтесса, она знаменита на все века как образец дивного сочетания женской красоты и поэтического искусства", - писал академик Н.И.Конрад. 

Сохранилось письменное предание, в котором рассказана история смерти принца Фу-ку-Кеси - первого любовника Комати. Красавица потребовала у любимого за одну ночь с ней заплатить еще 99-ю ночами подряд. Фу-ка-Кеси скончался от разрыва аорты, не дотянув одной ночи до ста обещанных...

Он опять не пришёл -
и ночью тоскливой, безлунной
я не в силах заснуть,
а в груди на костре желаний
вновь горит - не сгорает сердце...

Так писала Оно-но Комати более тысячи лет тому назад.

 

Дальше мы можем продолжать движение по маршруту, указанному на карте-схеме в сторону места, обозначенному как Роща Уме (Ume Grove), но лучше спуститься по тропинке с холма  и оказаться у подножья лестницы или склона (Atogazaka slope), по которой ходить запрещено, но полюбоваться её 47-ю ступенями - можно. Лестница названа в честь другой подобной, ведущей к святилищу Атога в Киото.

За спиной - если вы смотрите на лестницу, протекает река, воду в которую искусственно нагнетают из реки Канда, поэтому и в пределах парка за этим потоком сохраняется имя Канда. С этого места нам будет удобно часть пути пройти по короткому "фиолетовому" маршруту, который вскоре вернет нас на наш основной путь.

Мы вновь перейдем через поток Канда и снова окажемся в пространстве рисовых полей и садов. По дороге нам попадется колодец, который "никогда не пересыхает и никогда не переполняется", поэтому его назвали "Furo-no-Mizu", или Источник Молодости (Water of Youth). На карте он обозначен как Furosui Spring.

Двигаясь дальше, мы увидим очаровательный домик под камышовой крышей. Это "Kuhachi-Ya", забегаловка эпохи Эдо. В англоязычной литературе ее называют "Дом саке" (Sake House). напомним, что "саке" - это японский рисовый самогон. Японское же название "Кухати-я", связывают с японской пословицей. в которой говорится, что "саке лучше, если чашка полна на 90% после полудня, а на 80% - к вечеру". Таинственный смысл этого нравоучения мне остался не полностью понятным... В общем, видимо, что-то об умеренности в пьянстве.

 

 

 

Дом был полностью разрушен в ходе бомбардировки Токие в 1945 году. Мы видим восстановленную копию. Интерьер дома сохраняет  элементы стилистики традиционного японского жилища, которая мне всегда нравилась.

 

В центре "Дома саке" стоит стол, окруженный лавками вдоль стен. Легко представить себе атмосферу типичной японской забегаловки "эпохи Эдо".

 

За домиком мы увидим деревянные ворота, а за ними - внутренний двор. На карте это место обозначено как Akamon - Красные ворота. Стоит к ним подойти поближе и заглянуть вовнутрь.

 

Во внутреннем дворе еще какая-то постройка. Все выглядит не то что заброшенным, но как бы не еще вовлеченным в основную экспозицию парка.

 

Возвращаемся на основной маршрут и движемся по направлению к замечательному фонарю на берегу Большого пруда.

 

А справа от фонаря лежит остров Хораи-дзима (Horaijima), которому мы еще уделим немало внимания, а пока взглянем на него "сбоку" и отметим еще один - трехногий - фонарь, перекликающийся со своим более брутальным собратом.

На маршруте нас ожидает стела с пространной надписью на японском языке. На карте-схеме этот объект обозначен как Elyohi monument. Сей "монумент" установлен в память о любимом соколе 7-го главы клана Мито-Токугава, который (сокол) помер уже при 8-ом главе, каковой и установил этот памятный знак.

 

Продолжим прогулку, поглядывая на Большой пруд справа по ходу движения

 

Наконец, мы достигнем заросшего тиной самого дальнего уголка Большого пруда.

 

Здесь мы рассмотрим гидротехнические сооружения, регулирующие сток воды. Это место на карте-схеме обозначено как Naruto.

 

Налево уходит тропинка, которую мы вполне могли оставить без внимания, если бы у нас не было карты (как это и происходило в моем случае), и вы не были бы охвачены любопытством - как я. Я отправился по этой тропинке неизвестно куда и был вознагражден сполна! Но, прежде чем мы пойдем туда, бросим еще один взгляд на Большой пруд.

 

Место, куда мы придем, на карте обозначено как Site of Karamon Gate - Ворота Карамон. А за ними открывается огромный "внутренний сад" (Naitei) - со своим прудом, островом, мостиками и прочими замечательными объектами. некогда это было сакральное пространство только для семьи Мито-Токугава.

 

Дальний от входа мост, ведущий на островок в центре пруда. Поперечная бамбуковая палка-шлагбаум означает, что ходить по мостику запрещено.

 

Еще один вид на пруд и остров "внутреннего парка".

 

И еще один...

 

Японская пара. проводившая в этом укромном уголке фотосессию, попала в мой объектив

 

А здесь видна крыша того самого Токио-сити - кошмара и ужаса, нанесшего страшный урон парку: его тишине. Открытый в 2013 году гигантский комплекс аттракционов, издающих жуткие и очень громкие звуки, разрушает атмосферу столетиями создававшегося оазиса красоты, тишины и покоя. Так что вопрос - умеют ли японцы сохранять и охранять памятники собственной культуры - вовсе не так прост и очевиден. Стремление-то к этому, несомненно, есть. Но стремление к деньгам бывает сильнее.

 

Обозначенный на карте туалет стоит на своем месте рядом с главными воротами, которые временно закрыты и не используются.

 

И еще один вид на заросший пруд и мостик "внетреннего сада".

 

Разумеется, осенью вся эта красота становится необыкновенно ярко раскрашенной всеми оттенками красной и желтой листвы. 

 

Старая сосна бережно поддерживается подпорками.

В честь чего установлена эта стела - мне пока установить не удалось. Но как только узнаю - дополню материал соответствующей информацией.

 

Любое садово-парковое искусство - и японское в этом смысле среди первых - отличается тем, что каждая новая точка обзора открывает новую красоту. 

 

Покидая "внутренний парк", мы двинемся вдоль русла ручья и вскоре увидим Nezame-no-taki - "Пробуждающий водопад". Он маленький и шум его струй не слышен, но кто знает, как он звучал 400 лет тому назад и какой была тишина по утрам?

 

Тропа петляет вдоль ручья Kiso-gawa, названного в честь знаменитой японской реки Кисо.

 

Дорога приведет к пригорку, имеющему название - Kiso-Yama. Это наименование призвано напоминать о важнейшем шоссе в Киото - Kiso Highway. В этой части парка под высокими тенистыми деревьями можно ощутить себя словно в лесу. Однако, вьющаяся по лесу дорожка с инкрустированным мощением и ступеньками, имеющими отмеченное на карте название Nobedan Stairs, напоминает нам, что мы, конечно, не в лесу, а в рукотворном парке.

 

Хотя и тут можно встретить жука, которого, к сожалению, мне не удалось сфотографировать с приемлемой резкостью. 

 

Продолжая движение вдоль ручья, обратим внимание на стелу, стоящую на берегу. На камне высечено имя поэта Saygio, причем выполнил эту надпись собственноручно 9-й глава клана Мито-Токугава - Noriaki. Сделал он это в связи с тем, что в честь поэмы, написанной Saigio, дал название ручью: Choho-Sen. Saygio Hoshi (118-1190) - знаменитый японский поэт, живший в Киото.

 

Пройдя еще немного, мы окажемся в месте, где некогда находилось святилище Saygio-do. Как следует из названия, оно посвящалось уже упомянутому поэту Saygio Hoshi, в святилище находилась его статуя. Все было уничтожено американскими бомбардировками в 1945 году. Сейчас отмечено лишь место на вершине холмика, где некогда находилось святилище. К нему ведут каменные ступени.

 

А на площадке осталось лишь несколько фонарей, поврежденные скульптуры и каменный мощеный пол святилища.

 

Скульптура льва, пострадавшая во время бомбежки.

 

Табличка с фотографией разрушенного святилища и его краткое описание.

 

Не забудем, что совсем рядом имеется еще один туалет - он отмечен и на карте.

 

А теперь нам пора вернуться к Большому пруду, но сперва посмотрим на него со стороны устья речки Тацута (Tatsutagawa), вдоль которой мы шли на последнем участке маршрута. В центре Большого пруда - остров Хорай (Horai-jima), названный так за сходство с черепахой. Остров в целом и композиция из камней, в которой выделяется, словно щит, большой плоский черный камень, символизирует долголетие.

 

Вернемся на площадку - на предыдущем фото она видна справа, - где есть скамейки и где всегда много профессиональных фотографов с мощными телеобъективами и камерами на треногах. Они охотятся за парой зимородков, живущих на острове. Здесь и мы можем отдохнуть, еще раз сфотографировать остров и предаться благостным размышлениям о пользе здоровья и выносливости... Тем более, что мы бродим по парку уже более двух часов, а температура воздуха в тот день (9 августа 2015 года) была +38 при влажности 95%.

 

Ну и - крупным планом с помощью нашего скромного зума (Canon G11) приблизим центральную композицию.

 

 

Наша прогулка приближается к концу. Но и по дороге к выходу еще немало красоты. 

Вот мостик, ведущий на остров Хорай.

 

А вот фонарь, мимо которого мы недавно проходили... Теперь возле него прогуливается японская дама с зонтиком.

 

А вот юноша и девушка в традиционной одежде кормят уточек на мосту. Слева на заднем плане выразительный турист возле питьевого фонтанчика с полотенцем на голове: пытается не умереть от жары.

 

Завершит мое - надеюсь, и ваше - путешествие заслуженный отдых в чайном домике Kantoku-tei.

 

Я заказал пиво Саппоро...

 

Основное блюдо - сасими (или сашими, как неверно транскрибируют это слово во многих странах). Красное мясо - это тунец, как называются остальные виды белых рыб - не знаю. В черном горшочке с крышкой - суп мисо, остальное - рис, тофу, японский редис дайкон и какие-то черненькие водоросли с приятным привкусом. Пустая ванночка - для соевого соуса, бутылочка которого стоит на каждом столе.

 

На десерт я попросил кофе эспрессо и чиз-кейк. Размер порции чиз-кейка, возможно, поможет понять - почему в Японии толстых людей очень мало...

 

 

А вот и я - довольный парком-садом, ланчем, самим собой и собственной судьбой.

-=-