МУЗЫКАЛЬНЫЙ ПЕТУШИНЫЙ ХВОСТ

«Петушиный хвост» – это для прикола, чтобы привлечь внимание. Я хотел сперва назвать эту часть книги «Музыкальный коктейль». Потом мне показалось, что это как-то банально, стал выдумывать нечто иное, типа «музыкальный дивертисмент», или «парафраз»,  но всё это мне тоже не приглянулось... Размышляя, я неожиданно для самого себя внезапно осознал, что слово «коктейль», если его просто перевести с английского, будет означать «петушиный хвост». Я поинтересовался – откуда это, почему именно так лет двести тому назад американцы  прозвали свои смеси алкогольных напитков: cocktail. Выяснилось, что есть несколько легенд, объясняющих происхождение этого словосочетания. Одни связывают это с петушиными боями, проводившимися тогда в американских  барах, другие – с яркой расцветкой получавшихся смесей. Для меня сейчас не так важна этимология слова, как его современный смысл, потому что в этой части книги я собрал, то есть смешал в одном месте, короткие эссе, реплики, рассуждения на музыкальные темы, столь же пестрые и претенциозные, каким бывает петушиный хвост.


Слушать музыку и говорить о музыке

Сама по себе мысль – говорить и писать о музыке – рискованна. Можно, разумеется, что-то рассказывать об истории создания произведения, можно говорить о судьбах композиторов и исполнителей, о реакции публики и т.д. Но говорить и писать что-то, пытаясь воспроизвести в слове те эмоции, которые возникли в результате прослушивания музыки – очень рискованно и, пожалуй, странно.  Во-первых, музыка тем и отличается от литературы, да и вообще от словесного способа взаимодействия между людьми, что она воздействует на эмоциональную сферу непосредственно.

Если, например, вы хотите вызвать в читателе или слушателе печаль, или страх, используя слова, вы будете описывать что-то грустное или страшное, будете стремиться воссоздать с помощью  слов образ печального или опасного.  Тогда этот образ возникнет в сознании, в воображении слушателя или читателя и уже сам станет порождать в его эмоциональной сфере чувство печали или страха. Музыка же делает это мгновенно, напрямую, минуя обязательное создание промежуточных предметных образов. Музыкальные звуки сами по себе воспринимаются нами как  эмоционально окрашенные. При этом предметные или беспредметные образы тоже могут у нас возникать, однако они могут быть совсем не теми, которые были, возможно, в  воображении композитора или исполнителя, да и у нас самих при повторном прослушивании одного и того же произведения могут возникать новые образы. Однако, некоторые  повторяющиеся закономерности замечены давно. То, что определенные гармонические последовательности вызывают сходные эмоции у многих людей, позволило мне однажды написать вот это четверостишье:

Си-минорное трезвучие грусть-печаль в себе  хранит,
До-мажорное трезвучие – сапогами о гранит,
Ля-минорное арпеджио изломает, истомит…
Ты играй. Хоть дело случая, но она – не устоит!


Музыка, как инструмент генерации эмоций

Механизм возникновения эмоций не полностью изучен. Однако, современная психология смогла узнать довольно много о природе эмоций, выявить общее представление об алгоритмике их возникновения.

Эмоции – это продукт функциональной системы организма, приводящейся в действие в результате определённого поведения ума. В одних случаях ум совершает действия, порождающие одни эмоции, в других – другие. Одним эмоциям мы рады, другим нет. Большинство людей в большинстве случаев не властно над процессом возникновения эмоции, потому что вся кухня приготовления эмоций происходит вне нашего контроля, на уровне подсознания. Из-за этого причины появления эмоций мы видим не внутри нас самих, а вовне. Мы так и говорим: это меня радует, то – огорчает. На самом деле всё таинство производства тех или иных эмоций целиком и полностью находится внутри нас. Одно из важнейших открытий современной науки: эмоция – результат автоматизированной, подсознательной последовательности умственных операций. А вот подсознательные умственные операции запускаются самыми разными причинами и способами. (В том числе и ранее возникшими эмоциями.) Основные, повседневные эмоции посещают нас вследствие различных жизненных обстоятельств, отношений с людьми, размышлениями о проблемах и т.д. Мы неконтролируемым образом, как бы спонтанно обижаемся и радуемся, злимся и хохочем, плачем или стыдимся… А ведь эмоция – это нечто гораздо более важное, нежели оттенок нашего настроения. Эмоция – наш управитель и от того, как она нами управляет, зависит вся наша жизнь, её смысл, её результаты.  Ошибочные представления об эмоциях и их природе не дают нам возможности управлять эмоциями в повседневной жизни, ведут нас за бессознательными автоматизмами, которые далеко не всегда ведут нас туда, куда нам хотелось бы попасть.

Методы работы со своими и чужими эмоциями развиваются, совершенствуются и составляют сферу навыков психотерапевтов, священников, мошенников, политиков… На эту тему – как работать со своими эмоциями написано множество книг и пособий, большая часть из которых либо вредна, либо бесполезна. Я посвятил изучению и практическому воплощению различных методов управления эмоциями многие годы и написал книгу «Искусство жить, или как быть счастливым, несмотря ни на что». Книга существует пока только в рукописи, но я не теряю надежды издать её и сделать полезным пособием для многих людей, страдающих в своей жизни от проблем, невзгод, обид, страхов и всего прочего, что разрушает нашу жизнь, наполняя её не счастьем, для которого мы родились и живем, а несчастьем, которого вполне можем избежать. Для этого существуют знания, навыки и методы, о которых в той книге рассказано. Здесь я хочу выделить только один метод управления эмоциями – музыку. Управлять эмоциями – свойство и предназначение музыки, известной с глубокой древности. Музыке подвластен весь спектр наших переживаний: от умиротворенного покоя до предельного напряжения страстей, от радости, до безысходного горя. Это удивительно само по себе: не понимая механизмов и тонкостей происходящих внутри нас процессов, человек экспериментально обнаружил и развил до величайшего совершенство приемы генерации эмоций, причем сразу у огромного числа людей!

Удивительным и заслуживающим размышлений фактом является также то, что люди стремятся получить от музыки не одну только радость, эйфорию и «кайф», но и тяжелые переживания: трагедию, безысходность и тоску! Этого не встречается в нормальной жизни: никто, кроме психически нездоровых людей,  не ищет способа испытать настоящее, «всамделишнее» горе или неприятности. Напротив – в реальной жизни мы всё делаем, чтобы этого не было1. А вот когда мы идем в концертный зал или прослушиваем записи, мы осознанно погружаемся в мир страданий и невзгод. Зачем нам это? Что это – своего рода тренажер, позволяющий нам подготовить себя к восприятию и переживанию каких-то действительно возможных неприятностей? Или это инстинктивно понимаемая необходимость сопереживания с другими членами биологического и социального сообщества и музыка позволяет нам пережить чужие эмоции как свои собственные? Что дает нам это мучение в тисках  специально сгенерированных музыкантом  депрессивных    или   трагических      переживаний?

Как бы то ни было, но музыка, действительно является инструментом целенаправленной генерации эмоций. Почему это так, какие именно процессы происходят в нашем мозге или где-то там ещё – предмет захватывающе интересный. Но пока мы смогли лишь задать много «хороших вопросов», но ещё не нашли столь же «хороших» ответов. Выдающийся писатель и мыслитель Валентин Петрович Катаев в своей повести «Кубик» отметил: «Весьма возможно, что звук – самое неисследованное в мире. В звуке содержится гораздо больше того, что мы улавливаем своим несовершенным слуховым аппаратом. Это всегда какая-то тайная информация, поток сигналов, как бы моделирующих звучащую вещь в мировом пространстве».

Ну, да ладно: пусть мы пока не полностью понимаем, как звук порождает эмоцию. Но уж сама-то эмоция – вот она, на виду, её-то можно изучить подробно и всесторонне?


Эмоции и чувства

Не всё так просто и с эмоциями. Некоторые эмоции даны нам от рождения. Только что родившийся ребёнок целиком наполнен эмоциями. Он испытывает эмоцию удовлетворения, когда ест, или когда он, насытившись, засыпает. Если он голоден, или испытывает боль, он кричит и плачет, он гневается, проявляя неудовольствие. Эмоции новорожденного ребёнка просты, это так называемые первичные эмоции: удовлетворение, блаженство, неудовлетворение, гнев. Источником этих эмоций являются сигналы, подаваемые телом ребёнка. Со временем, мир эмоций усложняется, к сигналам тела добавляются сигналы, генерируемые сознанием, которое начинает формировать образы окружающего мира. Уже в первые месяцы после рождения ребенок узнает мать, начинает реагировать на такие объекты, как бутылочка с молоком или яркая погремушка. У него в сознании закрепляются образы, он начинает откликаться на их появление, на поведение матери, которая ему улыбается, разговаривает с ним, поёт ему песни или играет.

«Полного перечня» эмоций и чувств нет. Можно встретить некие попытки его составления, в которых среди негативных чувств и эмоций будут обозначены, например, ревность, страх, гнев, раздражение, недовольство, обида, бешенство, недоумение, оскорбление, злость, зависть, тревога, опасение, беспокойство, презрение, отвращение, стыд, мстительность, апатия, лень, грусть, тоска, разочарование, жадность, а среди положительных – радость, восторг, покой, любовь, наслаждение…  Ну, и счастье, наконец,. Только счастье – не эмоция и не чувство, это состояние, характеризующееся сложной и не всегда одной и той же  комбинацией эмоций и чувств.

Следует  отличать эмоции и чувства.  Эмоция – это наша реакция,  выражающая наше отношение к явлениям, предметам, людям, собственным мыслям, чувствам и другим эмоциям…   Чувство – это тоже эмоция, но обязательно направленная к чему-то или к кому-то, чувство отличается большей устойчивостью, длительностью, чувство (любовь, ревность, обида и т.д.) может состоять из многих эмоций.  В житейской, бытовой лексике мы иногда используем слово «чувство» там, где надо бы говорить «ощущение»: «чувство» боли, «чувство» головокружения и т.п. Так сложилось, и вносить в это словоупотребление изменения и уточнения нет нужды.

Важно не забывать, что эмоции и чувства весьма субъективны, то есть одно и то же событие или явление у разных людей вызывает разные эмоции и чувства. Именно поэтому нет, и никогда не будет, общего для всех рецепта радости и счастья. Но свой собственный рецепт найти можно. Без особых размышлений нам кажется понятным, что счастье – это когда негативных эмоций и чувств нет, а положительные – есть. Это не совсем так. Можно быть счастливым и при переживании отрицательных эмоций вкупе с положительными. И еще одно наблюдение: на положительные  эмоции мы как бы и не обращаем внимания, а вот «не заметить» отрицательные мы, к сожалению,  не можем. Это как здоровье: пока оно есть – его               не замечаешь.

Из бесконечного перечня эмоций нашего разговора заслужат «самые главные», то есть те, которые обладают властью над нами и мы, чаще всего, ничего не можем с этим поделать.   Но поделать-то кое-что, на самом деле можно, если поглубже понять происхождение и  механизм формирования эмоций.

«Самые главные» эмоции, это те, которые можно считать врождёнными: удовольствие и блаженство. Это первичные эмоции. Блаженство мы ощущаем в утробе матери, поэтому мы и говорим, что человек рождается счастливым, что счастье – его естественное состояние. Дальнейшее развитие человека – начиная с момента рождения, –  формирует в нас все прочие эмоции. Возможно, среди первых возникает эмоция страха. Существует предположение, что сам момент рождения, необходимость покинуть лоно матери, лоно блаженства, встреча с неизвестным новым состоянием формирует у человека первичную эмоцию, близкую к понятию «страх». В процессе рождения уже существующая, но ещё ничем не замутненная нервная система ребенка испытывает колоссальную нагрузку, которая выражается в напряжении всего организма, в ощущении удушья.  

В дальнейшем на базе первичных эмоций формируется сложный эмоциональный мир человека.  С учетом индивидуальных особенностей человека и его персонального опыта, формируются ключевые эмоции, знакомые каждому человеку: страх; стыд;  обида;  вина;  зависть;  гордость;  любовь...
 
Что является «генератором эмоций»? Ведь у нас нет органов, «выделяющих» эмоции: «органа страха», «органа стыда», «органа вины», «органа обиды» и т.д. Иногда, однако, нам кажется, что какие-то внутренние органы напрямую связаны с эмоциями. Мы замечаем какие-то  ощущения в определенных местах тела при наступлении эмоций: «мурашки по спине», «душа ушла в пятки», «я похолодел», «у меня волосы встали дыбом», «меня от него тошнит» и т.д. Эмоции могут сопровождать разнообразные физиологические реакции.  Всё это следствие формирования автоматизмов, стереотипных реакций организма на процесс возникновения эмоции, но, разумеется,  не деятельность несуществующих «органов эмоций». Организм каждого человека вырабатывает свои индивидуальные реакции на возникшие эмоции, чтобы, во-первых,  сделать их предупреждающую функцию более явственной, задействовать все органы чувств, а во-вторых – как-то управлять эмоциями.
От неприятной  эмоции мы хотим как-нибудь избавиться: то ли её подавить, то ли утолить… Нам не так уж часто удается с этим управиться осознанно. Ради и во имя возбуждения или угашения эмоции организм может научить сам себя какой-то реакции, которая однажды помогла избавиться от нежелательной эмоции. Например, человек, переживающий обиду, или вину, может всякий раз испытывать чувство голода и «снимать напряжение» с помощью обильного обеда. То, что такое поведение, если оно регулярно,  вредно для организма, приводит к ожирению и многим другим заболеваниям – эмоциональной системе «до лампочки». Она не за это отвечает. Её задача – управиться с эмоцией, «как сможет». По такой схеме наш организм приучается к вредным привычкам, по такой схеме возникают психосоматические болезни. Эмоциональная система, научив организм поступать определенным образом (угашать обиду или вину едой) передает управление телу, телесным функциям. Эмоция при этом уже не переживается, она выдавлена из сознания: вместо вины или обиды  я чувствую голод и утоляю его.
Приятные эмоции мы хотим продлить и хотим научиться генерировать их почаще. Влюбленные хотят видеть друг друга, прикасаться друг к другу: так они генерируют приятные эмоции. Гурман мечтает об изысканной  еде – он уверен в том, что еда способна принести положительные эмоции. Каждому человеку предоставлен огромный набор возможностей и способов возбудить в себе приятные эмоции. Это и общение с друзьями, и прогулки на природе, и домашние животные, и хобби  и еще тысячи больших и малых дел, которые мы делаем повседневно.
Среди самых мощных и надёжных средств генерации эмоций одно из первых мест принадлежит музыке. Причем  как положительных, так и отрицательных эмоций. Музыка, которая вам не нравится, способна не просто испортить настроение, но даже свести с ума.
Эмоция, возникнув, побуждает нас к реагированию, к каким-то действиям. Если это приятная эмоция – мы ею наслаждаемся, хотим продлить её существование. Если это неприятная эмоция – мы хотим от неё избавиться, или хотя бы уменьшить, сократить  её влияние. Эмоция, возникнув, начинает иногда так управлять нашим поведением, что мы потом и поверить не можем, что это мы сами натворили. Даже в суде это принимают во внимание: «подсудимый действовал в состоянии аффекта». Отелло в приступе ревности задушил Дездемону, ещё тысячи не литературных, а совершенно реальных граждан и душат, и убивают, и оскорбляют и много чего ещё вытворяют в состоянии гнева, злобы, обиды и всех прочих неконтролируемых эмоций. Подобная степень власти эмоции над нами, слава богу, явление редкое. Тем не менее, можно утверждать, что во многих случаях не мы управляем эмоциями, а они нами.
Эмоции, вызываемые внутри нас музыкой, которая нам нравится, хочется поддержать, дать им жить и властвовать над нами, даже если это отрицательные эмоции. Собственно говоря, для этого мы и слушаем музыку, за это мы её и любим. Мы впускаем в наш сокровенный мир композитора и исполнителя и позволяем им вести нас от эмоции к эмоции, усложняя эмоциональную партитуру, увеличивая или уменьшая накал страстей, повергая нас то в грусть и отчаяние, то в радость, торжество или умиротворение. И это путешествие всякий раз непредсказуемо: мы разные в каждое мгновение нашей жизни и по-разному реагируем даже на одну и ту же наизусть знакомую запись музыкального произведения.
В чём же смысл говорения о музыке словами, о вызванных ею эмоциях?  Всякий раз, когда меня подмывает написать что-то «о музыке», а вспоминаю старый анекдот: «Ты знаешь, Хайм, мне этот Карузо совсем не понравился. – Как, ты слышал самого великого Карузо? –  Да нет, мне Исак всё напел…».

Так Исак хотя бы «напел», а письменная речь лишена и этой возможности. И, тем не менее, возникает желание что-то говорить и писать о музыке словами. А я, в этом смысле – непротивленец: если хочется что-то делать – делай… Только другим не мешай. Я постараюсь никому не мешать своими ненужными, в общем-то, словами о музыке, которая говорит сама по себе и намного глубже, четче, весомей, приятней…


1 Др. М.Ройтман, комментируя это место в книге, справедливо указал, что стремление к негативным переживаниям люди реализуют и при посещении триллеров, чтении «книг далеко не оптимистического содержания, газет ТВ» и т.п. Стремление это столь велико и устойчиво, что именно «отрицательные новости поднимают рейтинги СМИ». Поэтому я в тексте уточнил свою мысль, добавив, что имею в виду «настоящее горе», а не его эмоциональную смягченную имитацию.