Часть VII

В 18-25 Андрей уже стоял на тротуаре у входа в пушкинский музей. Он же Цветаевский, он же Музей изящных искусств. На ограду был натянут транспорант: «Три века итальянской живописи – XVIII-XX. Из коллекции Музеев Ватикана».
«Должно быть, интересно» – подумал Андрей, затем повернулся в сторону Храма Христа Спасителя. Солнце катилось к Воробъевым горам, собираясь за ними спрятаться. Его яркие предзакатные лучи позволяли куполу Храма отразить себя прямо в глаза Андрею. Пришлось даже прищуриться.
В это время его окликнули: рядом с ним остановился самый крутой автомобиль этого года – лучший в мире в своем классе внедорожник «Тойота Эндевор».

– Андрей?

Из приоткрытой дверцы переднего сидения выглядывал Олег.

– Садись, поехали, – сказал Олег Николаевич.

Андрей, не задавая вопросов, вскочил на заднее сиденье, и машина рванула вперед.

– А как же музей, Олег? – спросил Андрей, когда они уже проехали Хрм Христа Спасителя.
– Я думаю, Андрюша, нам здесь, в машине, будет лучше. Ты не против?
– Да нет, – ответил Андрей.
– Вот и хорошо, – сказал Олег Николаевич, – А ты не будешь против, если мы заедем на наш корабль?
– Куда?
– На корабль. У нас тут неподалеку стоит корабль «Святой Георгий». Там нам никто не помешает. Через двадцать минут будем на месте. Идет?
– Идет, конечно. Но что с Машей? – спросил Андрей.
– Все расскажу. Потерпи, пожалуйста.

Далше они ехали молча. Машина пронеслась по Пречистенке, пересекла Зубовскую площадь, потом промчалась мимо Девичьего поля и Военной Академии, пересекла Плющиху и, круто нырнув в какой-то переулок, выскочила на набережную. Описав дугу по набережной, через десять минут они уже выходили из машины и, спустившись по каменным ступеням на причал, по трапу перешли на корабль.
Охрана поздоровалась с Олегом и, ничего не спрашивая у Андрея, пропустила их внутрь. Корабль был небольшой, но уютный. Андрею сравнивать было не с чем – кроме речных трамвайчиков «Москва» он до сих пор ни на чем не плавал. Интерьер ему показался роскошным. Больше всего удивило то, что надо было снимать обувь. Правда, пол был покрыт ковром с очень длинным и мягким ворсом. В помещении, куда его привел Олег, стояли диваны, несколько кресел, стол, что-то типа барной стойки. Звучала тихая музыка.

– Ну как, подойдет? – спросил Олег Николаевич.
– Да, тут неплохо, – сдержанно заметил Андрей, чтобы не показывать своего удивления и восхищения.
– Это наш любимый корабль. Здесь все хорошо оборудовано и нет лишних ушей. Только тут мы и можем спокойно разговаривать. Что будешь пить?
– Ничего. То есть чай, – ответил Андрей.
– А я выпью немного виски. Может, соблазнишься? «Гленфиддих», сингл молт – а? – начал уговаривать Олег Николаевич.
– Ну, чисто символически... – стал сдаваться Андрей, – Но чай все равно обязательно.
– Ап ту ю10, сэр, – ответил Олег.

Олег подошел к стойке бара, откуда-то снизу достал бутылки, бокалы, стаканы, лед и налил каждому – «на два пальца» безо льда.

– Машу помянем, – сказал Олег, – Светлая ей память.

Не дожидаясь реакции Андрея, он выпил залпом до дна, и тут же налил себе еще. Не ставя бутылку на стол, дождался, пока Андрей выпил и сказал:

– Сюда поставь. На весу не наливают.

Андрей послушно поставил свой стакан на стойку бара. Олег бросил ему два кусочка льда и снова налил виски.

– Диму помянем, – продолжил Олег, – То, что ты не пришел на похороны – это правильно. Тебе не надо лишний раз светиться. Пусть земля ему будет пухом.

Андрей опять молча выпил и снова поставил стакан на барную стойку. Олег тут же налил по-новой.

– Ну, теперь давай присядем сюда, – сказал Олег.

Они уселись в глубокие кресла, поставленные с двух сторон изящного столика со стеклянной столешницей на кружевных чугунных ножках.

– Машу убили, – продолжил Олег, – На этот раз имитировано редкое явление – инфаркт поджелудочной железы. Ее убили прямо в квартире. Муж утром вернулся с ночного дежурства и нашел ее уже мертвой на полу в прихожей.
– Разве она была замужем?
– Да, конечно. А ты не знал? Он летчик, полковник ВВС.
– Нет, не знал, – ответил Андрей, – Я, собственно говоря, вообще ничего и никого не знаю. Я и с Машей-то только два дня назад познакомился.
– Я знаю, – кратко и уверенно сказал Олег, – Вас Дмитрий Васильевич познакомил. – Олег закурил, глубоко затянулся и продолжил, – Эх, ребята, ребята. К чему им была нужна эта самодеятельность? Ведь оба профессионалы. Ведь оба знают, что разведка давно стала коллективным творчеством. Нельзя ничего добиться в одиночку! Организацию может победить только организация!! Это же азбука! И вот...
– Олег, как я сказал, я еще очень мало знаю обо всем этом деле... И не уверен, что мне надо знать больше. Это действительно удел профессионалов. Дима встретил меня случайно. Мы давно не виделись. Ему, видимо, просто хотелось поделиться со старым приятелем. И тут такое происходит...
– Да, я понимаю. Но на самом деле Дима выбрал тебя весьма осознанно. Если бы вы не встретились, он бы тебе позвонил. Ваша встреча на улице, это та самая закономерность, которая пробивает себе дорогу через случайности, и которую мистически настроенные люди принимают за знамения Божии. Нет-нет, это не случайность. Был нужен именно ты.
– Ну да, я помню, – сказал Андрей, – Нужно покопаться в компьютерных сетях.
– И не только покопаться, а добраться до нужной информации. И не только добраться, но и не разболтать кому не надо. Да еще при этом надо сострадать жертвам этого чудовищного злодеяния. Надо воспринимать их как близких тебе людей – это очень важно, Андрей. Ведь когда информационные агентства сообщают, что где-то в Южном Китае в результате землетрясения погибло, скажем, сорок тысяч человек, это почти никого из нас сильно не опечалит. Потому что китайцы для нас – просто информация, некое знание, но никак не эмоция. Эмоции – вот что важно. Эмоции движут людьми и правят миром. Информация нужна льшь для пробуждения и управления эмоциями. Поэтому Дима, наткнувшись на информацию о Молдавии, не пропустил ее мимо, а стал анализировать. Мелькни там, скажем, какой-нибудь Гондурас – и хрен бы с ним. А тут – родина. Это важно. Поэтому ты – именно то, что надо.
– Я согласен с тобой, Олег. Но я не хочу брать на себя больше, чем, как я считаю, могу. Я весьма сочуственно отношусь ко всему этому делу. Я готов помочь во всем, что касается компьютеров и дешифровки. Но все эти тайники, политическая борьба – это точно не мое. Я себя знаю. Ну не умею, не могу и не хочу я бороться за свободу целого народа. Это лучше меня сделают профессионалы. Слава Богу, что есть такие люди, как вы. Мне было бы куда как сложнее, если бы после гобели Димы и Маши я остался один на один с этой тайной. Я бы точно просто пошел в милицию и все рассказал. Но приэтом я бы очень страдал, потому что Маша успела мне сказать, что этого делать не следует, а вот почему не следует – не сказала. Хорошо, что она успела мне сказать о вас, а вам – обо мне.
– Андрей, я вас отлично понимаю, – Олег неожиданно перешел на «вы», – И я целиком с вами согласен. Вы правы. Я, на самом деле, осведомлен обо всем этом гораздо лучше, чем вы думаете. Дима держал меня в курсе дел все время, – просто Маша об этом не знала. До поры до времени. Так что, давайте, поступим так. Завтра вы заберете документы и отдадите их мне. И все. Можете об этом забыть. С компьютерными сетями мы тоже справимся.
– Так может, я просто вам скажу адрес, – тоже переходя на «вы» ответил Андрей, – Куда надо будет зайти, и все?
– Увы, это не получится.
– Почему – спросил Андрей.
– Потому, что Маша была профессионалом. Это вы думаете, что невинный дедушка отдаст документы всякому, кто пробормочет что-то, о чем он предупрежден. Маша обязательно установила не один предохранитель. Какой – не знаю. Но точно знаю, что если сказано идти вам – никто другой там ничего не получит. Скорей всего, что и дедушка – или бабушка, не в этом дело – не простые старички, и вас в лицо уже знают, ну и так далее. Так что, сходите, возьмите и отдайте мне. Так действительно, будет лучше и спокойнее для всех. Хватит смертей.
– Хорошо, договорились, – сказал Андрей, – Я все так и сделаю. Думаю, завтра после обеда у меня все будет на руках.
– Дай-то Бог, – с этими словами Олег поднял стакан, дождался, пока Андрей возьмет свой, они чокнулись и отхлебнули по глоточку. Ну, как виски?
– Да я не особенно в этом разбираюсь, – ответил Андрей, – Я больше по винам специалист.
– А какие вина ты предпочитаешь? – снова переходя на «ты» спросил Олег.
– Молдавские. Сухие.
– «Негру де пуркарь»? «Романэшты?» – Олег явно хотел выглядеть знатоком.
– И эти тоже. Только не «Романэшты», а «Романешты». Как пишется, так и читается.
– Правда? Не знал, спасибо. Ну что, поужинаем здесь, на корабле, или поедем в ресторан? – предложил Олег.
– Нет, спасибо. Я пойду домой.
– Да брось ты, – продолжал Олег, – поехали в «Бочку» – тут рядом. Там потрясающе готовят. А рядом еще и украинский ресторан. Там внутри сделан настоящий крестьянский двор, с живой лошадью, курами – представляешь? Поехали.
– Нет, в другой раз. Я пойду – уже поздно, – не поддавался уговорам Андрей.
– Ну, как знаешь. В другой, так в другой. Тебя отвезут. Подожди, я сейчас скажу.

С этими словами Олег вышел из салона, что-то сказал охране и, почти тотчас вернувшись, позвал Андрея к выходу.

На это раз его усадили в какую-то другую машину, марку которой он не узнал. Андрей сел на заднее сиденье, чтобы почувствовать себя боссом. Водитель спросил адрес и после этого всю дорогу молчал. Это устраивало обоих.
Дома он почуствоал себя окончателно больным, усталым и чудовищно при этом голодным. Душ снял усталость, еда утолила голод, а сон прогнал болезнь.

***

Андрей проснулся часов в пять утра. Во сне он вспомнил, что позавчера Маша передала ему дискету, и что ни о дискете, ни о своей последней встрече с Машей он Олегу ничего не сказал. Просто забыл.
Он некоторое время лежал, ворочался, пытался снова уснуть, но потом решил встать. «Ночью пропускная способность сетей выше, лучше уж я поработаю», – подумал Андрей.
Любопытство распирало Андрея. Он включил компьютер и вставил Машину дискету.
Дискета оказалась пуста.
Тогда он прощупал ее другими программными средствами и обнаружил, что свободного пространства на ней практически нет. «Здорово, – подумал Андрей, – не на того напали. Щас я тебя взломаю...» Довольно быстро ему удалось визуализировать скрытый файл, предложивший ему ввести пароль. «И эти шпионские штучки нам знакомы с детских лет», – подумал старый хакер и запустил программу подбора пароля.
Пока шел перебор вариантов, Андрей отправился на кухню пить чай.
Вскоре компьютер подал звуковой сигнал, означавший, что дискету, поначалу казавшуюся пустой, он уже крэкнул.
На экране появилось дерево файлов и папок, обозначенных буквами и цифрами. Андрей попробовал открыть первую папку. Компьютер ответил грубым отказом. Точно так же он прореагировал на желание заглянуть в остальные. Пришлось снова помучаться, но, в конце концов, ларчик удалось вскрыть.
В первой папке, состоящей из трех десятков файлов, содержалась структура международной корпорации "HSE». Среди структурных подразделений Андрей узнал и "Grand Canion Foundation». Каждой структурной единице был отведен свой файл. Там содержались подробные сведения об организации, ее внутренней структуре и т.д. При этом вся информация была организована в виде гипертекста, то есть, если какое-то слово на экране «светилось», это означало, что, нажав на него, можно раскрыть новый файл, содержащий подробности о «светящемся» слове.
Во второй папке содержался ни много, ни мало список сотрудников с указанием их полных паспортных данных, места жительства, идентификационных номеров и т.д. Андрей быстро выявил скрытые файлы и понял, что там указаны банковские счета каждого сотрудника и PIN– коды. Средствами гипертекста можно было просмотреть стэйтмент за любой период времени вплоть до предыдущего месяца.
Андрей вернулся к первой папке и быстро нашел банковские реквизиты и состояние счетов всех организаций. «Надо будет потом порыться – нет ли где-нибудь электронной подписи и кодов доступа», – подумал Андрей, – «Суммы-то, будь здоров. Откуси кусочек, которого хватит на всю жизнь, – никто и не заметит».
Время, однако, не стояло на месте, – давно пора было быть на работе.
«Останусь-ка я лучше дома, – подумал Андрей, – и покопаюсь еще. Да и к дедушке надо будет сегодня идти». Он позвонил на работу и сказал, что у него температура и что он лучше отлежится дома. Денису сказал, что, если надо, то в он-лайновом режиме, если будет надо, всегда можно управлять любой ситуацией прямо из дому, и вновь погрузился в виртуальный, но до жути реальный мир чужих секретов.


10 Здесь: Как скажете, на ваше усмотрение. (англ.)